Язык

Эрнст Юнгер

Предисловие к Марш национализма

Статья из сборника статей Эрнста Юнгера.

Предисловие к книге Ф. Г. Юнгера Марш национализма  (1926)

Мы называем себя националистами и не страшимся навлечь на себя ненависть необразованной и образованной черни, всех этих оппортунистов духа и материи. Ведь у того, что они ненавидят, что идет против гибельных течений прогресса, либерализма и демократии, есть ценное преимущество — оно не является всеобщим. Мы не требуем ничего всеобщего. Мы отвергаем его — начиная с общих истин и прав человека, кончая всеобщим образованием, всеобщей военной повинностью, всеобщим избирательным правом и всеобщей подлостью, которая есть необходимый результат предыдущего. Общие свойства и требования — это свойства и требования массы, и чем выше степень их общности, тем меньше в них ценности. Признавать себя частью массы значит ставить себе в заслугу обладание чисто физически свойством тяжести, а превозносить понятие человечества значит считать чем-то существенным простую принадлежность к определенному виду млекопитающих. Всеобщее взвешивают, измеряют и вычисляют, особенное же оценивают и ценят. Желать всеобщего значит не видеть в себе никакой особенной ценности, то есть быть в лучшем случае объективным, размеренным, рассудительным, научно «справедливым». Желать особенного значит задавать меру, ощущать ответственность крови, следовать за душевным порывом.

Современный национализм жаждет особенного — таково главное чувство нового поколения, которое до тошноты пресытилось пресными фразами Просвещения. Современный национализм не желает мерить общей меркой, он хочет сам задавать меру, обращаясь к душевной силе. Он не собирается доказывать свои права посредством научных методов, как марксизм. Он прибегает к полноте самой жизни, на которой только и может основываться любая наука. Он не желает взвешивать и отмерять права, а требует лишь права жизни на жизнь. Без этого права национализм просто немыслим, а оно неизбежно будет ограничивать все остальные виды права. Национализм не желает мириться с господством массы, а требует господства личности, чье превосходство создается за счет внутреннего содержания и живой энергии. Он не желает ни равенства, ни отвлеченной справедливости, ни свободы, сводящейся к пустым притязаниям. Он желает упиваться счастьем, а счастье состоит в том, чтобы быть собой, а не другим. Современный национализм не желает парить в безвоздушном пространстве теорий, не стремится к «вольнодумию», но хочет обрести прочные связи, порядок, укорениться в обществе, крове и почве. Он не хочет социализма возможностей, он жаждет социализма долга, того жесткого стоического мира, которому отдельный человек должен принести свою жертву.

Отец этого национализма — война. Что бы ни говорили о ней наши литераторы и интеллектуалы, все это не имеет для нас никакого смысла. Война — переживание крови, а потому важно лишь то, что о ней говорят мужчины. Печально известный манифест литераторов 1 не отменял ни войны, ни того, что породила война. Он как флюгер — всякий раз поворачивается туда, куда дует ветер. И если с войной как мерой всех вещей соизмеряют себя ничтожества большего или меньшего масштаба, то это вопрос исключительно психологический.

Ядро немецкого юношества испытало войну в реальности, а не сидя в кофейнях или за письменным столом в жарко натопленном кабинете. Они побывали в аду — и все же фаустовский человек даже из ада привык возвращаться не с пустыми руками. Барбюс и ему подобные могли увидеть там что угодно — но мы все же узрели в том пламени нечто большее! И вынесли оттуда не одно отрицание. Лишь узрев силу материи, мы поняли силу идеи. Лишь открыв для себя плодотворность жертвы, мы поняли ценность человека и различие рангов между людьми. Мы видели белое пламя воли, гopевшее ярче огня пожаров. Гранаты, газовые облака и танки — пусть все это кажется чем-то страшным для трусов, нас же намного важнее внешней оболочки явления сумрачный фон, от которого тихо отделяется фигура закаленного в стальных грозах человека и обращает эпохе свое лицо. Мы предчувствуем, что человек нового склада скоро появится среди всех народов Европы — подобно тому, как война задела не одних только немцев, так и рожденный войной новый национализм возникнет не только в Германии. Повсюду мы видим питаемую кровью энергию, которая уже завладела народами или только прокладывает себе путь в борьбе, готовая отлиться в новые формы. Так будем же радоваться, обратимся к другим со словами: «Будьте такими, какие вы есть!». Ведь нам гораздо милее жить в наполненном смыслом мире, чем утопать в жидкой размазне, лишенной всякого характера, формы, своеобразия.

Но одним мы безусловно вправе гордиться — что война коснулась нас сильнее всего. Нам, поражённым этим ужасным зрелищем, потребуется немало времени для его осмысления, а потому мы также вправе надеяться, что новый посев принесет самый богатый урожай.

Война — наш отец, он зачал нас, новое племя, в раскаленном чреве окопов, и мы с гордостью признаем общее наше родство. А потому наши ценности будут ценностями героев, воинов, но никак не торгашей, что готовы весь мир мерить своим аршином. Мы не задумываемся о пользе и практической выгоде, нам ни к чему комфорт, нам нужно только необходимое — то, чего хочет судьба.

Немецкий фронтовик марширует в колоннах справа, слева, в центре. Дадим ему время определить направление марша, но пусть каждый сделает это сам. И вот тогда-то и выяснится, что все мы движемся в одну сторону. Ведь пока мы не разобрались с собой, мы не сможем внутренне преодолеть сопротивление нашего мира. Наш флаг не красный, не черно-красно-золотой и не черно-бело-красный 2; это флаг нового, обширного рейха, который заключен в наших сердцах, обретает в них свой гештальт. Наступит день, когда мы сможем его развернуть. Наша общая традиция — это война, великая жертва. Так проникнемся же смыслом этой традиции!

За этим сочинением, которое я приветствую как брат, соратник и друг, вскоре последуют и другие. В них мы попытаемся обрисовать основные опоры современного национализма. Нашему юношеству одинаково чужды позиции доктринеров, либералов и реакционеров, оно не желает заразиться духом той брюквенной революции. Наше юношество в самых страшных ландшафтах мира завоевало себе знание того, что старые пути пройдены до конца и его ждут новые пути. Первый этап подготовки завершился, начинается новый этап.

Мы приветствуем кровь, не выжженную пламенем сражений, а превращенную в жар и огонь! Что сумело избежать гибели, пригодится в новой борьбе. Мы приветствуем грядущих 3 — тех, у кого глубина сочетается со старой закалкой! Марш начинается, скоро ряды сомкнутся. Мы приветствуем мертвых — их дух грозно взывает к нашей совести. Нет, вы погибли не напрасно! Германия, мы приветствуем тебя!

Примечания:

Эрнст Юнгер планировал опубли­ковать в издательстве «Aufmarsch» собственное эссе под названи­ем «Основания национализма». Текст должен был стать третьим томом серии, которая открывалась книгой Франца Шаувеккера Ог­ненный путь, но планы так и не осуществились. «Основания наци­онализма» вышли в следующем году в ежегоднике Stahlhelm (под редакцией Ф. Шаувеккера) и включали в себя статьи «Кровь», «Воля» и «Характер».

  1. 17 января 1919 г. Анри Барбюс опубликовал Манифест сражающихся интеллектуалов, в котором интеллектуалы всех национальностей призывались к примирению и общей борьбе против войны. Воззвание поддержали многие немецкие интеллектуалы, в том числе Генрих Манн и Хуго фон Хофмансталь.
  2. В 1916 г. консервативные круги Германии активно отстаивали право выступать за рубежом не только с официальным флагом Республики (черно-красно-золотой), но и с черно-бело-красным триколором кайзеровского рейха. Эти требования встре­тили жесткое противодействие со стороны социал-демокра­тов.
  3. Die Kommenden (Грядущие) — так будет называться один из ведущих журналов военно-политических союзов.

*

Jünger Friedrich Georg, Aufmarsch des Nationalismus, Leipzig, 1926 (Der Aufmarsch. Eine Reihe deutscher Schriften, hrsg. von Ernst Jün­ger, Zweiter Band), S. VII-XIII.

Не найдено похожих записей.

Поделись с друзьями!

Comments are closed.