Язык

Стратегическое отступление (1974)

Продолжение серии статей об аргентинских революционерах-перонистах и перонизме.

Политическая конфронтация Монтонерос с новыми властями Аргентины закончилась возвращением организации к подпольной вооруженной борьбе, которая для многих оказалась внезапной. В данной главе будет рассказано об этом этапе жизни организации и достигнутых в борьбе успехах.

Возвращение к вооружённой борьбе, провозглашённое в ходе пресс-конференции 6 сентября 1974 года, породило растерянность и дезориентацию рядового состава организации, особенно её массовых секторов.

Решение, принятое руководством в одностороннем порядке, безо всякой консультации с низами, было для многих полнейшей неожиданностью. Тысячи и тысячи товарищей, ранее принимавших активное участие в легальной политической работе, оказались в весьма затруднительном положении.

Первая проблема заключалась в том, что благодаря открытой деятельности в ходе «демократической весны» 1973-74 гг., практически все члены «Монтонерос» и массовых фронтов организации были известны властям. И теперь, поставленные перед фактом, они были вынуждены, — иногда буквально без гроша в кармане, — «уйти в подполье», т.е. покинуть свои дома, семьи, институты и рабочие места. Причём двигало ими не столько стремление исполнить спущенные сверху приказы, сколько желание обезопасить себя от неизбежных репрессий государства и тесно взаимодействующих с ним неофашистских эскадронов смерти.

Другие, более наивные товарищи, не придавшие особого значения происходящим событиям, первыми пали жертвой развернувшегося государственного и фашистского террора. Отсутствие связей с боевой структурой и вооружёнными выступлениями не являлось панацеей от преследования и тюрьмы. Множество людей, активных членов массовых или профессиональных секторов «Монтонерос», никогда в жизни не державших оружие в руках, были схвачены полицией осенью 1974 года, и благодаря целому вороху новых «антиподрывных» законов обвинены в терроризме и брошены за решётку.

Большой проблемой стала ситуация на синдикальном фронте, активисты которого были обязаны присоединиться к военной работе не оставляя одновременно своей деятельности в профсоюзах. Учитывая, что рабочие активисты «Монтонерос», по характеру своей практики, были фигурами публичными и общеизвестными, переход к подпольной деятельности сопровождался буквально неразрешимыми трудностями.

Монтонерос

Ярким примером сложившейся ситуации служит инцидент 4 декабря 1974 года, когда в рамках трудового конфликта «Монтонерос» в виде акта устрашения на несколько часов похитили владельца судоверфей Менина. На следующий день освобождённый магнат опознал своих похитителей, — членов местной ассоциации «Рабочей Перонистской Молодёжи», — среди служащих предприятия, спешивших на работу. Не искушённые в боевом деле, трое активистов подъехали к дверям предприятия на том же автомобиле, который ещё вчера они использовали в ходе операции.

Повторявшиеся с завидной регулярностью подобные случаи заставили руководство организации приступить к разработке кодекса поведения подпольщика, содержащего элементарные правила нелегальной деятельности.

Другой проблемой синдикальных активистов являлось военное обучение, так как упражнения и прослушивание тематических лекций отнимало много времени, удаляя активистов от их непосредственной работы на фабриках и заводах. Возникшую проблему руководство «Монтонерос» пыталось решить оснащением своих заводских ассоциаций Буэнос-Айреса мобильными радиопередатчиками, позволявшими оперативно прибывать на профсоюзные собрания и сходки.

В студенческой среде переход к вооружённой борьбе так же вызвал внутренние конфликты. Где-то ситуацию пытались сглаживать местные руководители «Перонистской Университетской Молодёжи», публично отказывавшиеся от ухода в подполье, несмотря на  сохранение верности «Монтонерос». Где-то, особенно в маленьких городках, неожиданно ставшие подпольщиками студенты вынуждены были уезжать, поскольку здесь их знали многие. Где-то решение о возобновлении борьбы было встречено с энтузиазмом.

Монтонерос, montoneros

На территориальном фронте, в рабочих и бедняцких кварталах, несмотря на множество новых трудностей, члены «Монтонерос» поначалу продолжали развивать свою обычную работу. В первые осенние месяцы всё ещё проводилось множество кампаний социальной направленности: по борьбе с алкоголизмом, с венерическими заболеваниями, с домашним насилием, по борьбе за улучшение квартальной инфраструктуры, улучшение уровня жизни и т.д. По-прежнему осуществлялась «прямая агитация» от дома к дому. Ибо, только такими методами можно было завоевать симпатии и одобрение народных масс. Массы практически ничего не понимали и не хотели понимать в особенностях политической ситуации в Аргентине. Членам «Монтонерос», по их же собственным словам, с большим трудом удавалось доходчиво объяснить мотивы возвращения к вооружённой борьбе.

В конечном итоге, началась закономерная деградация политической работы, особенно в небольших городках, где «Монтонерос» изначально родились в виде легальных  структур, занимавшихся развитием сугубо мирной социальной деятельности. И если даже здесь существовало «вооружённое ядро», его функции и место в иерархии были второстепенными. Теперь же военный аспект был выдвинут на первый план, подчинив своему развитию всю остальную организационную структуру. В итоге, политическое мировоззрение всё больше милитаризировалась, прекратив отвечать на запросы реальности, и, в конце концов, главной целью социально-политической работы в кварталах, студенческой и рабочей среде становилась вербовка новых кадров для вооружённого аппарата, не более того.

Монтонерос, montoneros

Несогласные с новой воинственной линией, пользуясь пока что имевшейся возможностью выхода из рядов организации, начали массово «дезертировать». Особенно мощно этот процесс развернулся в т.н. «Блоке Прессы», члены которого вполне открыто опубликовали коллективное обращение к руководству «Монтонерос», в котором высказывали возмущение «бездумным и почти автоматическим милитаризмом», отказом от массовой мирной работы, установлением концепции «народной войны» в качестве руководящего принципа, и «превращением пистолета в основной инструмент политической полемики». В ответ на демарш, ставящий под угрозу «политическое и идеологическое единство» организации, «Монтонерос» провели первый масштабный «политический суд». Некоторое время спустя после публикации обращения, все подписанты были проинформированы об исключении из организации и о вынесении им смертного приговора. Правда, накал внутреннего милитаризма ещё не достиг своего апогея, поэтому постановление о «высшей мере» являлось скорее формальностью, символическим актом, демонстрирующим крайнюю степень осуждения.

«Блок Прессы» прекратил своё существование. Дополнительным стимулом для демонтажа этого инструмента стало то, что большая часть сотрудничавших с организацией журналистов имели легальную работу и просто физически не могли оставаться в военно-политической структуре, объявившей войну государству. Лишь очень немногие профессионалы пера, среди которых были и стоявшие у истоков информационного органа «Монтонерос» Рудольфо Уолш и Карлос Аснарес, остались в рядах военно-политической организации. Столь же критически смотревшие на усиление милитаристской линии, как и изгнанные коллеги, они всё же сохраняли надежду на «будущую смену стратегических направлений».

Монтонерос, montoneros

Озвученный 6 сентября уход в подполье обозначил начало нового этапа развития организации. В контексте общей концепции развития, было заявлено о начале т.н. «Стратегического отступления».

Эту фазу войны с государством национальное руководство характеризовало необходимостью исполнения массовых операций, чьи цели должны быть просты и понятны обычным гражданам («они должны отвечать уровню развития народного сознания, не должны нуждаться в дополнительных разъяснениях, должны носить как можно больший пропагандистский эффект»). Главной задачей данного этапа становится «завоевание умов», поэтому основным «оружием» должны были стать «альтернативные источники распространения информации» (листовки, квартальные бюллетени, брошюры, надписи на стенах и т.д.), а так же «прямой контакт» между активистами и «перонистскими массами».

Что касается боевой деятельности, то здесь «Монтонерос» впервые включили в свой план борьбы свежесозданную милицейскую структуру, которая должна способствовать «постоянному изматыванию» врага посредством мелких саботажных акций и вредительства, а так же организацией массовых протестных мероприятий.

«Перон не умер. Он живет в людях»

Фронт работ непосредственно вооружённого аппарата заключался в осуществлении персональных атак и убийств персонажей, связанных с реакцией и репрессивным аппаратом.

Крупнейшей из инициатив первых месяцев подполья, безусловно можно назвать очередную «милисионаду» 16 сентября, приуроченную к годовщине «Освободительной Революции» 1955 года, свергнувшей правительство Перона. Проведённая на широком уровне столичной провинции, эта массовая операция, по мысли национального руководства, должна была символизировать начало Второго Перонистского Сопротивления.

В её осуществлении было задействовано более полутора тысяч активистов, — членов новорожденной «Перонистской Милиции», — разделённых на группы от 15 до 50 человек, которые, в период с восьми вечера до половины десятого, исполнили более сотни различных акций в разных местах столичного региона – начиная от агитационных (раздача листовок, граффити-атаки в местах интенсивного людского движения и т.д.) и саботажных (перекрытие улиц с помощью железных шипов, горящих покрышек и баррикад, размещение фальшивых бомб, поджоги иностранных банков и государственных учреждений), заканчивая чисто боевыми (нападения на полицейские посты и патрульные автомобили). Атакам подверглись более 80 объектов, олицетворяющих собой империализм, олигархию и реакцию  – офисы иностранных банков и корпораций, гольф-клубы, Военно-Морская Школа и Военно-Морской Музей, автомастерская по ремонту дорогих автомобилей, несколько престижных танцевальных клубов, художественные галереи, полицейские участки… Жертвами операции так же стали четыре человека: двое из них, — сержант и полицейский медик, — были целенаправленно застрелены в ходе одного из нападений, ещё двое случайных прохожих погибли во время перестрелок между «милиционерами» и полицией на улицах Буэнос-Айреса.

В целом, руководство «Монтонерос» оценивало результаты осуществлённой акции как «крайне позитивные», поскольку удалось реализовать практически все задачи, поставленные первоначальным планом.

Другой громкой акцией этого этапа борьбы являлось похищение 19 сентября братьев Хуана и Хорхе Борнов, возглавляющих наиболее мощный коммерческий аргентинский холдинг – транснациональную корпорацию «Brunge & Born».

Хотя в 1974 году в Аргентине было зафиксировано рекордное количество похищений (большинство из которых лежали на совести марксистов из Народно-Революционной Армии), «Операция Близнецы», как её окрестило руководство «Монтонерос», повергла общество в настоящий трепет не только благодаря масштабу похищенных фигур, — руководителей одной из наиболее крупных монополистических компаний страны, — но и по причине идеального исполнения операции, осуществлённой силами 18 боевиков под командованием бывшего руководителя FAR Роберто Кьето.

Позднейшие комментарии вовлечённых в исполнение этой грандиозной акции людей позволяют сделать вывод о том, что идейным вдохновителем похищения являлся Хосе Бер Хельбард, экономист с коммунистическими взглядами и министр экономики в правительстве Кампоры-Перона, отстранённый от должности, кстати, спустя месяц после этой акции из-за непримиримой позиции по вопросу проведения аграрной реформы. Знакомый со многими высшими офицерами «Монтонерос», неоднократно обсуждавший с руководителями организации свой радикальный экономический план развития, Бер Хельбард на одном из конфиденциальных собраний, где присутствовали делегаты от «Монтонерос» Роберто Кьето и Марио Монтото, высказал идею о возможной выгоде, которую может принести захват председателей руководящего совета старейшей и крупнейшей монополистической группы Аргентины.

Мероприятие закончилось полным успехом — Хорхе Борн самолично предложил своим похитителям в качестве выкупа около 60 миллионов долларов – максимальная сумма, которую он мог позволить извлечь из бюджета холдинга.

Предложенная сумма за спасение жизни – печальный мировой рекорд, не побитый до сих пор, — намного превысила самые смелые ожидания «Монтонерос»; именно она позволила организации расширить подпольную инфраструктуру, отодвинув на несколько лет неминуемое военное поражение.

Полученные средства были переданы в пользование Давиду Гравье, — банкиру и человеку личного доверия того же Хельбарда, который немедленно по частям перевёл деньги в Европу, начав вкладывать их в ценные бумаги, что в дальнейшем увеличивало капитал «Монтонерос» на 9.5% в год.

Некоторое время спустя, Гравье получил ещё около 3 миллионов долларов (часть из суммы в 4 миллиона, заработанной организацией посредством похищения в декабре 1975 года главного инженера завода «MercedesBenz» Франца Айнриха Меца), которые, в дальнейшем, благодаря стараниям Гравье, будут давать ежемесячный доход в 16.852 долларов США.

Столь мощный экономический подъём «Монтонерос» позволил наладить контакты с немецкими торговцами оружием, у которых в 1976 году было закуплено более тысячи пистолетов-пулемётов («Steyr» и «Uzi»), 500 винтовок «Hecbler & Kersch» и двести пистолетов с глушителями («Browing» и «Walter»). Для того, чтобы доставить в Аргентину груз с оружием, «Монтонерос» приобрели в Майами самолёт «SuperConstellation».

Одновременно с этим, удалось переправить в чилийский порт Арика 60 миномётов с неопределённым количеством боеприпасов – впоследствии они будут конфискованы вооружёнными силами Пиночета.

Сотрудничество с «Монтонерос» дорого обошлось Гравье. Сам он после военного переворота 1976 года, как и его шеф Хельбард, был лишён аргентинского гражданства и вынужден эмигрировать в Мексику, где и погиб в странной авиакатастрофе, в то время как члены его семьи, не сумевшие выехать из страны, были арестованы и подвергнуты пыткам.

После смерти Гравье и усилий, предпринятых диктатурой на международном уровне для замораживания финансовых счетов организации, деньги, полученные в результате похищения братьев Борн, были по большей части переведены на Кубу, а оттуда – в Центральный Банк Чехословакии. В 1977 году под эгидой братского лево-националистического правительства Омара Торрихоса, в Панаме был учреждён Международный Финансовый Банк, председателем которого стал экс-посол Кубы в Аргентине Эмилио Арагонес Наварро. Именно сюда переводились средства из Чехословакии, поступавшие затем «Монтонерос».

Сумма выкупа, полученного организаций в 1974 году была столь велика, что к моменту окончательного крушения «Монтонерос» в 1982 году, несмотря на грандиозные расходы и траты, на счетах панамского банка всё ещё оставалось порядка шести миллионов долларов.

После двух успешных сентябрьских акций, «Монтонерос» неожиданно, что называется, сели в лужу.

10 октября члены организации исполняют ещё одну пропагандистскую операцию, претендующую на «масштабность»: из склепа на кладбище Реколета были похищены останки убитого в 1970 году Педро Эухенио Арамбуру. После чего было выпущено специальное коммюнике, в котором «Монтонерос» требовали в обмен на возврат костей генерала возвращение в страну трупа Евы Перон. Совершенно непонятно, кому в голову пришёл план столь странной акции, поскольку в тот момент правительство и так прилагало все усилия для «репатриации» из Италии тела первой жены Хуана Перона. В конечном итоге, самолёт с останками Эвиты приземлился в столичном аэропорту 17 ноября и «Монтонерос» к этому факту не имели никакого отношения.

Наоборот, их абсурдные и совершенно нерациональные начинания в области «политической эксгумации» вызвали в обществе закономерное отторжение и брезгливость, чем не преминули воспользоваться политические оппоненты и представители правительства, на все лады твердившие о «безумии» и полнейшей «аморальности» герильи.

Таким образом, эта третья «крупнейшая» акция «вооружённой пропаганды» эпохи «Стратегического отступления» не просто не достигла поставленных целей, но напротив – с треском провалилась, дав противоположные результаты.

Никитич Винтер

Поделись с друзьями!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите лису: