Язык

«Млада Босна» и анархист Неделько Чабринович

28 июня 1914-го года было совершено покушение на австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда, которое считается якобы поводом для начала Первой мировой войны. Покушение организовали члены революционного движения «Млада Босна». В самом начале молодой рабочий — типограф Неделько Чабринович (1895-1916) бросил в эрцгерцога бомбу, но она не сработала. Затем, увидев неудачу товарища, Гаврило Принцип (1894-1918) выстрелил в Фердинанда из револьвера и убил его. Австрийские власти отдали под суд 25 человек, замешанных в покушении. Из них трое (Данило Илич, Мишко Иванович, Велько Кубрилович) были приговорены к смертной казни, остальные получили различные сроки тюремного заключения, вплоть до пожизненного. В частности, Гаврило Принцип, ввиду несовершеннолетия, был приговорен к 20 годам каторжных работ, отбывал свой срок в тюрьме чешского городка Терезин, перенес много страданий и умер там от туберкулеза всего лишь за несколько месяцев до крушения Австро-венгерской монархии. Во время суда Неделько Чабринович объявил, что основной причиной его участия в покушении послужили его анархистские убеждения. Он тоже умер в заключении, от недоедания и психического заболевания в возрасте всего лишь 20 лет. Пожалуй, наиболее влиятельным членом и главным идеологом «Млада Босна», был Владимир Гачинович (1890-1917). Будучи студентом в Женеве и Лозанне, он познакомился с русскими эмигрантами, а уже через них — с идеями Бакунина, Кропоткина и русских революционеров-народников. Он также стал другом таких русских революционеров, как Виктор Серж, Марк Натансон, Мартов и даже Троцкий. В августе 1917 года Владимир Гачинович был отравлен в результате совместной спецоперации австрийских, сербских и французских спецслужб.

ЧАСТЬ I

Члены «Молодой Боснии» (далее – «Млада Босна») были, в большинстве своем, молодыми людьми. Их политические позиции сформировались в раннем возрасте, в университетах и читательских кружках. Эта была молодежь – им было по 15, 16 или 17 лет. Они жили в Боснии, их терзала жажда знаний, они встречались в кафе, клубах, частных домах и обсуждали там разные типы мятежа и протеста. Таковы исторические факты и таково гордое наследие, какое есть у Югославии. Я отказываюсь вдаваться в объяснения, почему не «Млада Босна» вызвала Первую Мировую войну. Теперь уже ни один серьезный историк не считает, что именно убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда стало причиной войны. Аристотель в своем определении войны предлагает различать реальную причину и случайный повод. Однако есть совершенно нерешенный вопрос – роль «Младой Босны» в создании Югославии. Для меня больнее всего, что наша псевдонаучная публика утверждает, что «Гаврило Принцип был сербом», младобоснийцы были сербами, и что убийство ими эрцгерцога Фердинанда было актом, совершенным сербским националистическим движением.

Графити в Белграде:

Графити в Белграде: «Наши призраки будут ходить по Вене, блуждать по замкам и пугать господ»

Гаврило Принцип называл себя югославом, он подтвердил это и на суде; в последние дни его жизни, когда его рука висела, привязанная веревкой к его плечу, потому что тюремщики не хотели ампутировать ее ему в госпитале, он, в тюрьме, в предсмертном бреду говорил, что твердо помнит, что он не верил в бога, даже когда был ребенком. Когда судья спросил его, верит ли он в бога, Гаврило только улыбнулся; когда судья спросил его, не потому ли он убил Фердинанда, что эрцгерцог верил в бога, Гаврило Принцип сказал, что этот вопрос для него полностью безразличен. Наконец, мы не должны забывать одну вещь: во время суда подсудимые шутили и предлагали судьям «позвать вашего бога, чтобы он выступил в качестве свидетеля и рассказал, как на самом деле произошло убийство». «Млада Босна» была антиклерикальной, антишовинистической, югославской организацией с великими освободительными идеями; организацией, стремившейся модернизировать этот отсталый регион. В ходе своего политического развития.

Гаврило Принцип написал письмо, в котором он рассказывал, как познакомился с Иво Краньчевичем:

«Мы думаем одинаково о политических и философских вопросах – думаем, как люди. Одни и те же вещи делают нас счастливыми, мы читаем одни и те же книги – но он Хорват, а я Серб. Поэтому я думаю. что такое деление на самом деле не существует»

Он сам рассказывал, что сербские радикалы – великосербские шовинисты нападали на него. Но это никогда не упоминалась в официальных заявлениях журналистов, писавших для того или иного правительства. Это ужасное и безжалостное убийство замечательной идеи, идеи «Младой Босны», республиканской, антиклерикальной ассоциации славян сперва на культурном, а затем и на политическом уровне, идеи освобождения женщины и, прежде всего, освобождения народа, находящегося под оккупацией.

Все, кто утверждает, что «Млада Босна» была террористической организацией, должны понимать исторический контекст – в те времена убийство было способом борьбы за освобождение. Босния была оккупированной территорией, и протест Гаврилы Принципа и его товарищей был выражен с помощью пули, которой они застрелили человека, которого считали тираном и оккупантом. Но я не историк и не собираюсь писать здесь историю их времени. Для меня члены «Младой Босны» важны как люди; меня интересует среда, откуда вышли такие люди, как Чабринович, Принцип или Илич; меня интересуют их внутренние конфликты, связанные с их политическими идеями. Меня интересует развитие их политических идей – потому что я полностью разделяю эти идеи.

Музей Молодой Боснии в Сараево на перекрестке, где был убит эрцгерцог

Музей Молодой Боснии в Сараево на перекрестке, где был убит эрцгерцог

Они читали Золя, Толстого, Достоевского; их мучил вопрос, имеют ли они право убить человека; это моральный вопрос, который независим ни от какой религии и ни от какой политической догмы. Итак, эти парни сидели в кафе, знали, что они должны сделать что-то, потому что они хотят сделать что-то – они ясно понимали это, и тут им передали газету, в которой была фотография Фердинанда, который должен был приехать в Сараево 28 июня, а рядом с фото было написано на кириллице: «Здраво!» (Привет!), — и ничего больше. Чабринович, социалист и анархист, посмотрел на фото, посмотрел на подпись и спросил Принципа, что это значит, а Гаврило ему ответил: «Видишь, это оккупант».

Статье в газете про убийство Франца Фердинанда

Статье в газете про убийство Франца Фердинанда

Младобоснийцы до самого суда не до конца понимали, что «Черная Рука»1 дала им не только револьверы и бомбы, но и яд, которые не действовали. «Черная рука»пожертвовала ими, чтобы сделать из них мучеников. До самого суда они этого не понимали, потому что верили в свои идеалы. Они игнорировали разницу между своей организацией и «Черной рукой», потому что следовали своим идеям. Это интересный исторический конфликт – очень интересно, как «Черная Рука» использовала «Младу Босну» для своих ретроградных идей.

Тито реабилитировал «Младу Босну» и открыл посвященный ей мемориал в 1953 г.

«Млада Босна» должна была быть прославлена в идеологическом смысле – она была Югославией до Югославии, ее стремления были социалистическими, даже коммунистическими. В 1990-е годы, в период нападения на Боснию, все сербские националисты, от Матие Бечковича2 до Радована Караджича, говорили про Гаврилу Принципа как про «великого серба». Прославляя Гаврило Принципа как серба , потому что он был рожден сербом, а не идею «Младой Босны», они разрушили все позитивное, что существовало в Югославии, все, к чему стремилась «Млада Босна».

mlada bosna, gavrilo princip

В Сараево, в начале осады, разные вооруженные банды пытались вторгнуться в Музей «Младой Босны» и сжечь все следы «Младой Босны». С начала до конца осады Сараево хранитель музея, Байро Гец, сараевский еврей дневал и ночевал в Музее «Младой Босны» и защищал наследие изо всех сил. И вот, мы можем видеть, как человек, не серб, а сараевский югославский еврей, ночует в музее и люди говорят ему:

«Мужик, ты в осажденном Сараево, Радован Караджич стреляет в нас – тот самый Радован, который божится именем Гаврила Принципа»

 — а Байро им отвечает: 

«Ни фига! Гаврило Принципе – не его. Гаврило – мой, и я его не отдам! Зубами и когтями я буду защищать его»

Тема, которую я предлагаю здесь обсудить – это вопрос, как мы оказались в ситуации, когда единственный способ покончить с насилием это новое насилие; не кириллица, не великосербская пропаганда, не разжигание национальных конфликтов, которые не имеют ничего общего с «Младой Босной», и не нацистские оргии. В дискуссиях о протестах и активизме мы должны учить детей, кем на самом деле были люди, объединившиеся в «Младу Босну», что значит верить в идею, жить и умереть для нее; что значит быть жертвой своего собственного деяния. Для Гаврилы в тюрьме самым мучительным днем кажого года было 28 июня, когда, в соответствии с приговором, его оставляли в карцере – без кровати, еды и воды. В темноте, чтобы он мог подумать о том, что наделал. Он жил со своей историей, его рука отваливалась. Где может быть больше символизма? Его рука, которой он застрелил Франца-Фердинанда, отваливалась. И да, он не каялся. Вы можете сравнить его с Аписом3, почитать письма Аписа из тюрьмы, где он молит об амнистии – он кричал о помиловании до конца своей жизни, над своей собственной могилой он кричал и просил «Подождите, я хочу выкурить еще одну сигарету! Подождите, я не могу увидеть отсюда море! Подождите, не убивайте меня сейчас!». Человек, который написал Устав «Черной руки», где говорилось, что единственный способ выхода из организации — смерть; человек, который говорил, что за малейшее предательство, за малейшее нарушение Устава может быть лишь одна мера наказания – смерть, этот человек визжал и просил «пожалуйста, не надо, подождите, я хочу выкурить еще одну сигарету, не убивайте меня сейчас, пожалуйста!». Апис был одной из самых зловещих и мрачных фигур за всю историю Балкан. Он – злодей шекспировского типа, презренный трус, который – как об этом свидетельствуют даже историки, симпатизирующие ему, чудовищно унижался перед лицом смерти.

Итак, «Млада Босна» была совершенно противоположна «Черной Руке» и ее членам.

ЧАСТЬ II. Неделько Чабринович – социалист, анархист и националист

«Анархист не признает каких-либо законов, но чувствует себя обязанным взять реванш» — Неделько Чабринович, член Молодые Боснии — о мотивах убийства Франца Фердинанда в Сараево, 28 июня 1914 года.

На «Младу Босну» следует смотреть, как на хрупких храбрых юношей, проживших свои единственные жизни в стране, которая давила их, в реальности, которую было невозможно терпеть, и они не знали, что и как делать, но они знали – то, что есть сейчас, не продлится вечно, и они чувствовали потребность в великом, пусть и безумном деянии, у них была безумная храбрость, их руки тряслись и слезы выступали из глаз, когда они думали про убийство, — но они были готовы умереть. Мы можем видеть самих себя в их идеях. В «Младой Босне» я нахожу свою собственную безумную потребность изменить мир, чтобы вынуть камень из моих ботинок, в которых мне больно, даже если я должна уничтожить их полностью. То, что они говорили про национальные чувства, культурный союз и т.д. было выражением стремления к освобождению маленьких людей, маленького народа от экономической эксплуатации – и это было сердцевиной идей «Младой Босны».

Самым близким другом Принципа, после Данилы Илича, был Неделько Чабринович, непосредственно участвовавший в нападении на Франца-Фердинанда. Он был гораздо более сложной личностью, чем Гаврило, и его жизнь не была наполнена «молоком и медом». Он родился в Сараево в 1895 году в семье со средним достатком. Его отец был владельцем маленького кафе и, по словам Чабриновича, «занимался позорной деятельностью полицейского доносчика». Стыдясь своего отца, Неделько рано покинул дом и школу и начал работать. Позднее он стал графичеким редактором в сараевской типографии. Очень рано он начал читать множество книг, и, если верить его товарищам, был одним из самых образованных людей в их среде. В отличие от большинства членов «Младой Босны», он встал на путь не национальной, а социальной революции. Он был возмущен нищенскими условиями жизни всего рабочего класса в той же мере, в какой был возмущен собственными тяжелыми условиями жизни.

Как враг правящего класса, он участвовал в организации стычек в Сараево и других городах Боснии, за что подвергался преследованиям. В 1912 году он участвовал в стычке типографских рабочих, за что подвергся полицейским репрессиям. В Требинье он провел 3 дня в тюрьме, подозреваемый в организации стычки в типографии, в организации стычки типографских рабочих, разрушении печатных машин и нападении на штрейкбрехеров. Он верил в слова Светозара Марковича, что в небольших странах идеи стоят столько же, сколько стоят люди, которые борются за эти идеи.

Неделько Чабринович

Неделько Чабринович

Скорее всего, он стал бы непоколебимым пролетарским революционером, если бы не увидел лицемерие в типографии в Шиде, где печатались социалистические памфлеты. Типография была известна как «социалистическое гнездо». Ее владельцы, известные «борцы за социальную справедливость», нанимали на работу детей 10-13 лет и заставляли их работать долгие часы за небольшую плату.

Разозленный лживостью «вождей рабочего класса», он ушел из типографии. После этого он познакомился с Принципом, который убедил его соединить революционную социалистическую энергию с национальными целями. В Белграде он в основном встречался с Принципом и другими изгнанниками из Боснии в кафе «Зла Моруна» на улице Зеленый венец (это кафе существует и сегодня, сейчас оно называется «Триглав»).

Фотографии участников

Фотографии участников «Молодой Боснии»

Драголюб Госпич позднее скажет, что Чабринович «был романтическим, сентиментальным парнем, который привязывался всей душой к каждой хорошей мысли, каждой революционной фразе, каждому героическому жесту, он был бешеный, решительный и преисполненный энтузиазма». Данило Илич сказал как-то, что Чабринович бросил бомбу в Фердинанда, чтобы завоевать доверие товарищей.

Для своих товарищей он написал список литературы, которую «надо прочитать, чтобы отличать правду от лжи, которую рассказывают нам попы». Этот список сохранился. Из-за плохого почерка, одно название невозможно прочитать, другие понятны (список приводится в конце нашего текста).

Это, наверное, самые важные книги. Они хранились дома, упоминались в разговорах, их друзья вспоминали спустя много лет, из них приводились цитаты и на их полях писались заметки. Такие книги обычно входят в «читательский осадок», в то, что осталось в памяти от всех прочитанных книг – а это, единственная библиотека, которая остается у человека при всех превратностях его судьбы, единственная, которая формирует его и руководит им. В читательском осадке «Младой Босны» была смесь анархистской литературы, революционных мемуаров, пессимистической поэзии, социалистических программ, эпоса, учебников эзотерики… Это мощный коктейль, который пьянит и гораздо более сильных и взрослых людей, чем Неделько, Гаврило и их товарищи.

И если члены «Младой Босны» были националистами, oни, согласно их собственному признанию, были югославскими националистами, иными словами, их национализм был не этническим, а прогрессивным национализмом. Тут та же ситуация, как с вопросом, были они героями или нет. Я вспоминаю интервью с солдатом, защитником Сараево в начале 1990-х годов, Изетом Байрамовичем — человеком, который сказал, что «он не хочет быть боснийским героем, и может быть только героем всех народов Сараево – или не быть героем вообще». То же самое с «Младой Босной». Если они были героями, то они были героями всего югославского народа, потому что в многонациональном регионе они могли быть либо героями всех народов, либо не быть ими вообще.

Действительно, в отличие от националистов Пашича, Драже Михайловича или Милошевича, «Млада Босна» никогда не хотела объединяться с великими державами. Их югославский национализм стремился к солидарности всех порабощенных народов на балканской земле. А что они думали бы о четниках и современных наследниках великосербской идеологии, они показали своим aктом, которым они выразили свое отношение к этнонационалистическому правительству Пашича, актом, когда они выстрелили одновременно в империализм и локальный этнонационализм.

Со всей юношеской патриотической энергией, воспитанной заговором боснийской революционной молодежи, 28 июня 1914 года Неделько Чабринович бросил бомбу во Франца-Фердинанда и его эскорт, бомбу, вытащенную из своего кармана – а в другом его кармане лежала «Подпольная Россия» Степняка Кравчинского!

Список книг

  • 1 мая 1907
  • Программа и организация социал-демократической партии в Хорватии
  • Голос народа
  • Социал-демократический календарь на 1907 год
  • Прогресс социал-демократии в Хорватии и Словении в 1904-1906 годах
  • Взгляд на клерикализм в Хорватии
  • Объяснение социалистической программы
  • Коммунистический манифест
  • Пролетариат и классовая борьба
  • Закон  о преступных актах и социал-демократия
  • Социализм и национальная борьба
  • Закон об обеспечении рабочих
  • Что такое власть народа
  • Рабочая борьба
  • Право на жизнь
  • Земной рай
  • Как новая буржуазия грабит рабочих
  • Исповедь папы Александра II
  • Бойкот
  • Что такое власть рабочих
  • Социалистические муниципалитеты
  • Речь иезуитских генералов
  • Главный долг социал-демократа
  • Рождественская клятва
  • Не предавай своих братьев
  • Что такое всеобщее, равное, тайное и пропорциональное избирательное право

Примечания:

[1] «Черная рука» — тайная военная организация. созданная сербскими офицерами. Интересно, что в статье на русской Википедии также говорится, что «Различие между «Молодой Боснией» и «Чёрной рукой» состояло в том, что первая придерживалась республиканских и атеистических идей и стремилась объединить балканские народы под эгидой «южнославянства», а в последнюю входили сторонники авторитарного и клерикального мировоззрения, стремящиеся создать великое пансербское государство»

[2] Матия Бечкович — сербский писатель и поэт. Он является одним из самых известных сербских поэтов 20-го века и полноправного члена Сербской академии наук. Сторонники проекта Великая Сербия.

[3] Апис – Драгутин Димитриевич, лидер «Черной руки», замешанной в убийстве Франца Фердинада. эрцгерцога Австрии в июне 1914 года. Димитриевич и некоторые его соратники по «Черной руке» были арестованы сербскими властями в декабре 1916 года по обвинению в попытке убийства регента, Александра I Карагеоргиевича. 23 мая на т.н. «Салоникском процессе» Димитриевич был признан виновным в государственной измене. Месяц спустя, 24 июня 1917 года он и двое других членов «Черной руки» были расстреляны взводом солдат.

Автор: Ло Буздяк

Перевод: Марлен Инсаров

Поделись с друзьями!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите лису: