Язык

Луиджи Лукени

Мать Луиджи Лукени (Luigi Lucheni), некая Луиджа Лаккини (или Луккини), была служанкой в богатой семье близ Альбарето. Забеременев от нанимателя, она уехала в Париж, где и родила (22 апреля 1873 года), а затем  отдала ребёнка в сиротский приют, после чего эмигрировала в Америку, так больше никогда и не встретившись с ним. Из-за ошибок транскрипции его фамилия была офранцужена в Лукени. Свое детство он провел в детских домах, где его порой заставляли заниматься попрошайничеством, да и в целом отношение было плохим. В 14 лет он сбежал и начал бродить по Европе. Когда Луиджи подрос, он поступил в итальянскую армию и был зачислен в кавалерийский полк «Монферрато». Он служил в Неаполе, а затем участвовал в кампании в Восточной Африке, за которую получил медаль. После войны некоторое время Лукени был денщиком у своего командира — князя Раньеро де Вера Арагонского. Лукени пытался занять место начальника тюрьмы, но не получив желаемого, он уехал из страны и скитался в поисках случайных заработков и даже подумывая об эмиграции в Америку. Но волей судьбы он оказался разнорабочим на стройке в Лозанне. Там он столкнулся с анархистами, а позже в его голове созрел смутный план как вписать свое имя в историю.

Луиджи Лукени

Лукени поставил себе целью уничтожение богатых тунеядцев, многие из которых приезжали в Швейцарию на отдых. Денег на огнестрельное оружие и даже обычный кинжал у него не хватало, потому он купил трехгранный напильник и заточил его. После этого он купил каталог знаменитостей, но так и не нашел подходящей цели. Тогда он хотел убить претендента на французский трон (арагонского принца Филиппа), который прибыл с визитом в Женеву, но тот уехал в Париж прежде, чем преступление было подготовлено.

Так он бродил по улицам Женевы и случайно столкнулся со своим бывшим сослуживцем — Джузеппе Абис делла Клара (его семья уже несколько поколений верой и правдой служила Австро-Венгрии), который в то время следил за лошадьми и потому знал много ямщиков. От него он узнал о том, что императрица Австро-Венгрии, Елизавета Баварская, инкогнито прибыла в Женеву, о чем на следующий день написали и местные газеты. Императрица отказалась от защиты швейцарской полиции и везде гуляла без охраны.  Сослуживец к тому же описал как выглядит императрица и даже сказал адрес, по которому она остановилась.

Днем 10 сентября 1898 г. в Лукени, спрятав заточенный напильник в букете цветов, ожидал на набережной. Дождавшись свою жертву, Лукени наносит один удар и пытается убежать. Первоначально женщина приняла его за грабителя и сочла травму неопасной, но, дойдя до своего судна, упала в обморок и уже через час умерла, не приходя в сознание. Вскрытие показало, что у нее был пробит левый желудочек, что вызвало внутреннее кровотечение. Лукени же был схвачен прохожими. На вопрос инспектора зачем он совершил это, Лукени ответил: «Потому что я анархист и бедняк, который любит трудящихся и желает смерти богатым» (кстати, о таких анархистах писал соотечественник Лукени в своей статье «Ужасные бандиты»). Его приговорили к пожизненному заключению.

Лукени, убийство Елизаветы Баварской

В тюрьме Лукени писал мемуары. В 1910 году его нашли мёртвым. По официальной версии, цареубийца повесился, но по другой версии — был задушен ремнем.

Таким образом, капиталисты и потомственная аристократия, которые жили в роскоши, обрекая миллионы людей на нищенское существование, те самые люди, которые пытались представить себя оплотом нравственности, а на деле насиловали служанок и вообще всячески нарушали правила собственной морали, создали знакомое нам общество лицемерия, в котором все же находятся одиночки, которым нечего терять и которые мстят за свою жизнь. Ответом на эту стихийную месть отчаявшегося нищего стала изысканная месть  аристократов — законсервированную в формалине голову Лукени показывают как диковинку богатым туристам. В 1998 году, к столетию со дня убийства, швейцарское правительство передало ее в Вену.

Убийство императрицы не привело к революции, а, напротив, вызвало волну антианархистских и антиитальянских настроений. В 1938 году были найдены дневники Луиджи, которые рассказывали о его сильных страданиях из-за того, что он был брошен матерью, о несправедливости общества и том, что каждый ребенок имеет право на любовь и счастье. Из его воспоминаний и архивов судебных заседаний также известно то, что он не был анархистом, но сказал так для того, чтобы повысить престиж своего имени.

Поделись с друзьями!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите лису: