Язык

Анархизм в Японии: 1945-1996 гг.

Материал из серии «Анархизм в Японии и Корее» (по ссылке также есть информация по поводу приобретения печатной версии книги).

Заключительная глава о японском анархизме в послевоенный период.

В послевоенные годы анархизм существовал в Японии в гораздо меньших масштабах по сравнению с предыдущим периодом. Это можно объяснить значительными изменениями, которые повлияли на послевоенную Японию и которые лишили анархизм существенной поддержки, ранее получаемой от крестьян и профсоюзных работников. Тем не менее анархизм выжил, несмотря на, зачастую, трудные условия, которые стояли перед ним на протяжении последних пятидесяти лет.

Между 1945 и 1952 годами Япония была оккупирована номинально «союзниками», но на самом деле американскими военными силами. Одной из наиболее важных мер, которые протолкнула Штаб-квартира Оккупантов, была большая земельная реформа, которая отменила старые разногласия между землевладельцами и крестьянами, и создала вместо нового класса землевладельцев мелких фермеров. Эти фермеры затем стали оплотом политического консерватизма, используя свои голоса в основном для поддержки коррумпированной Либерально-демократической партии (Jiyu Minshutô), которая постоянно была правящей партией в правительстве с 1955 по 1993 год. В обмен на голоса фермеров, Либерально-демократическая партия сохранила высокие цены на сельскохозяйственную продукцию за счет торговых барьеров, которые исключали поступление конкурирующих продуктов из-за рубежа. Таким образом, цены на японский рис, например, искусственно поддерживались на уровне, по крайней мере, в шесть раз выше, чем можно было найти на мировом рынке.

Что касается профсоюзного движения, Штаб-квартира Оккупантов сначала поощряла создание союзов, так как правое крыло изначально рассматривалось как главная угроза американским интересам, а затем сместилась и против союзов (и достигла компромисса с реабилитированными правыми) с началом холодной войны. Одним из наиболее ярких примеров такого поворота американской политики было то, что так называемые «чистки» власти, которые штаб-квартира впервые использовала, чтобы удалить правых от государственных должностей, впоследствии были перенаправлены против левых примерно в 1950 году (это стало известно как «красные чистки»). Эти качели американской политики привели к ситуации, в которой японское общество было политически поляризовано между правыми и левыми, при чем в анархистов целились с обеих сторон. С одной стороны, даже в условиях хваленой «демократии», анархисты подвергались дискриминации в связи с политикой «антикоммунизма», которую преследовали как американские оккупационные власти, так и правительство Японии. Например, немало анархистов стали жертвами «красной чистки». Тот факт, что ни американское, ни японское государство не имели ни малейшего понимания о том, что представляет собой коммунизм, не сделало их «антикоммунизм» менее репрессивным. С другой стороны, в профсоюзах и в других местах анархистам часто препятствуют, так как все находятся под молчаливым контролем со стороны левых чиновников, которые часто используют конфронтацию с государством и осадный менталитет в качестве предлога для вытеснения критики. Это не означает, что анархисты исчезли из профсоюзов полностью, но возможности для открытых действий практически не было, и анархисты практически исчезли.

Самой большой проблемой для всех анархистов были настроения, которые преобладали среди большинства работающих мужчин и женщин. В первые годы после поражения массовая безработица и нищета были в порядке вещей и преобладала «политика голода». Амбициозные политики давали иллюзорные обещания полной миски риса под носом у избирателей, доверчивость которых была пропорциональна их лишениям. Затем, с началом корейской войны (1950-1953 гг.), японские экономические условия значительно улучшились. Война была хорошим бизнесом для японской промышленности, так как она начала работать на поставку американской военной техники в соседнюю Корею (а затем и Вьетнам). Кроме того, после прихода к власти коммунистической партии в Китае в 1949 году, США нуждались в наглядном примере в Восточной Азии, чтобы продемонстрировать превосходство «капитализма» над «коммунизмом». Япония была выбрана для этой роли, и была для США настолько стратегически важной, что Америке приходилось мириться с дискриминационной практикой Японии в сфере торговли без особых жалоб, пока продолжалась холодная война. На фоне этого компромисса между капиталистическими государствами в альянсе (хоть и временном), Япония служила стратегическим интересам США и, в свою очередь, получала экономическую выгоду. Японский капитализм использовал этот экономический бум в течение многих лет. Обеспокоенные лево-правой поляризацией в японской политике в первые послевоенные годы с 1960-х годов лидеры Японии следуют сознательной политике деполитизации населения путем обеспечения того, чтобы крохи от пира капитализма упали на, до этого почти совсем пустые, тарелки рабочей силы на заводах и в офисах. Культ потребления продвигался как новая религия и, пока было достаточно отходов и остатков с праздничного стола, это давало желаемый эффект. Несмотря на крайнюю бедность жизни людей, призраки всегда преследовали японский капитализм: что случится, если праздник когда-нибудь подойдет к концу?

Очевидно, что этот набросок послевоенной истории Японии написан задним числом. Ничего из этого не было замечено анархистами 1945 года, так как они пытались восстановить движение. Анархическая Федерация Японии (Nihon Anakisuto Renmei) была сформирована на фоне большого энтузиазма в мае 1946 года, и на этом этапе были приняты меры, чтобы не позволить старому антагонизму между анархо-коммунистами и анархо-синдикалистами возродиться и поставить под угрозу эффективность новой организации. Пожилые мужчины и женщины, которые принадлежали к одному крылу анархического движения или другому, теперь с готовностью сотрудничали, также присоединялись младшие товарищи, для которых довоенные расколы мало что значили. В течение некоторого времени все казалось возможным. Ненавистное милитаристское государство лежало разбитое, полицейским силам не хватало уверенности в том, что они смогут выжить в новом «демократическом» климате, и надзор над всеми был, по-видимому, доброкачественным проявлением силы Оккупантов, которая первоначально призвала все возможные организации оппозиции вернуться к старому режиму. Анархистская Федерация запустила свой журнал в июне 1946 года и подчеркивала его связь с борьбой прошлых лет, воскрешая старые добрые традиции Котоку и Общенародной газеты. Огромные усилия прикладывались для распространение журнала по всей стране, и новые методы (путешествие анархистов туда и обратно по сети железных дорог, чтобы продать его на поезда дальнего следования) использовались для увеличения объема продаж. Тем не менее тот факт, что такие методы должны были быть использованы, показывает в какой степени анархизм потерял то, что до сих пор казалось «естественной сферой влияния» на фермах и заводах.

В связи с отсутствием достигнутого прогресса (в результате препятствий, изложенных в пунктах выше) появилось разочарование и напряженность в отношениях между анархистами разных убеждений начала всплывать на поверхность. В мае 1950 года анархисты провели свою пятую конференцию в Киото, и оказалось, что это был тот случай, когда антагонизм между анархо-синдикалистами и анархо-коммунистами вскипел снова. В том же месяце была сформирована отделившаяся Группа Анархо-Синдикалистов (Anaruko Sanjikarisuto Gurûpu). К октябрю 1950 года анархисты были разделены и, по сути, перестали «функционировать». Это правда, что Анархистская Федерация была преобразована в июне 1951 года, но организация, которая продолжала действовать под этим названием, в основном состояла из тех, кто симпатизирует синдикализму. В том же месяце анархо-коммунисты создали клуб анархистов Японии (Nihon Anakisuto Kurabu), в результате чего японское анархистское движение снова оказалось в расколотом состоянии, как между 1928 и 1934 годами. В значительной степени это было повтором предыдущей истории, и даже некоторые из главных фигур были те же. Хатта Сюдзо, возможно, и умер в 1934 году, но Иваса Сакатуро и еще очень много ключевых личностей выступали на стороне анархо-коммунистов, в то время как Ишикава Саншуро поддерживал анархо-синдикалистов.

Женщина в традиционной одежде и  в туфлях на платформе садится в автобус, Япония, около 1950 года (Photo by Frederick L. Hamilton/Three Lions/Hulton Archive/Getty Images)

Женщина в традиционной одежде и в туфлях на платформе садится в автобус, Япония, около 1950 года (Photo by Frederick L. Hamilton/Three Lions/Hulton Archive/Getty Images)

Анархистская Федерации с горем пополам просуществовала до 1968 года, но признала неизбежное в ноябре того же года, когда решила «творчески самораспуститься». Хотя в течение многих лет после этого не было никакой федеративной сети, охватывающей всю страну, утверждают, что Анархистская Федерация в 1968 г. отнюдь не положила конец анархизму в Японии. Действительно, Клуб Анархистов, значительно переживший своего анархо-синдикалистского соперника, продолжал издавать журнал «Анархистское движение» до марта 1980 года. Помимо этого органа, состоящего в основном из старых анархо-коммунистов довоенных дней, многие другие анархистские группы и печатные издания существовали в течение этого времени. Хотя многие из них жили лишь несколько лет или даже несколько месяцев, они постоянно заменялись другими. Другими словами, деятельность по распространению анархистских публикаций и пропаганда не ослабевали, даже если и существовали в ограниченных масштабах, и отдельные случаи прямого действия вспыхивали периодически.

Новая Федерация Анархистов была создана в октябре 1988 года и продолжает издавать свой журнал «Свободная воля» (Jiyu Ishi) вплоть до настоящего времени. Хотя эта новая Федерация Анархистов имеет общенациональную сеть контактов, масштабы ее поддержки гораздо меньше, чем были у ее тезки 1940-х годов, не говоря уже о довоенных федерациях, таких как Кокурэн или Дзенкоку Дзирен. Анархо-синдикалисты представлены небольшой группой под названием «Движение солидарности трудящихся» (Rôdôsha Rentai), которая существует в нынешнем виде с 1983 года. Движение солидарности трудящихся является филиалом IWA / AIT (Синдикалистский Интернационал) и с 1989 года публикует журнал Либертарный коммунизм (Zettai Jiyu Kyôsanshugi). Что касается анархо-коммунизма, то его наиболее заметным проявлением на сегодняшний день является небольшое, но активное издательство, называемое Компания «Черный Боевой фронт» (Kokushoku Sensen Sha), которое группируется вокруг старого активиста, Осима Эйсабуро. Среди последних изданий Компании — многотомные материалы по проблемам Носейси, отражающие мнение многих послевоенных анархистов, что из теории и практики предыдущих поколений анархистов можно извлечь важные уроки.

Одна мысль, которая часто произносится по отношению к послевоенному анархизму, заключается в том, что самопровозглашенных анархистских движений меньше, чем бессознательно «анархистских» организаций, деятельность которых была заметна среди различных групп, занимающихся борьбой. Этот аргумент часто слышался в разгар студенческого движения в 1960-х и 1970-х годах, а недавно аналогичные утверждения были высказаны в отношении «гражданских» движений (низовых кампаний, направленных, как правило, на отдельный вопрос). Те, кто использовали этот аргумент, в основном указывали на децентрализованные методы организации, которые предпочитают рассматриваемые группы, акцентировали свое внимание на автономии и (иногда) на спонтанности. Тем не менее в то время как что-то «анархистское» существует в этих движениях, безусловно, целесообразно настаивать на том, что сами по себе они не дотягивают до анархизма. Недовольство групп студентов было направлено к существующему государству, но мало кто сомневался в необходимости политической системы. Что касается гражданских движений, большинство из них сосредоточивалось на одной проблеме, которую они пытались решить в отрыве от «больших вопросов», таких, как характер государства, потому что они чувствовали (возможно и справедливо), что эти более широкие вопросы разделили бы их политически и, следовательно, это подорвало бы их кампанию. В свете этого обращаться к студенческой группе или гражданскому движению как к «анархистскому», означало бы растянуть значение термина далеко за пределы, которые использовались в этом исследовании.

Что примечательно в нынешнем этапе? То, что многие факторы, которые действовали в комбинации, ослабляя анархизм в послевоенные годы, сейчас не существуют. Как уже отмечалось ранее, с 1955 года политика в Японии была установлена в форме вечного господства либерально-демократической партии. Вторая по величине политическая партия, Социал-демократическая партия Японии (Nihon Shakaitô), была окончательно исключена из власти и, таким образом, участвует в политике с расстояния, принимая моральные позы, в качестве оппозиции. За 38 лет эти две стороны были краеугольным камнем умирающей политической системы. Либерально-демократическая партия использовала свое положение в правительстве, чтобы распределить добычу и поддерживать статус-кво, в то время как Социалистическая партия Японии привлекала своей позицией тех, кто не смог извлечь выгоду из щедрости или кто нашел это морально неприемлемым. Система треснула, когда Либерально-демократическая партия не смогла обеспечить свое обычное большинство на всеобщих выборах 1993 года. Затем в 1994 году Либерально-демократическая партия увидела свой шанс вновь войти в правительство, готовая при необходимости объединиться со своим предполагаемым заклятым врагом, Социалистической партией Японии. Не краснея, обе стороны поспешили обнять друг друга, и в 1996 году во главе правительства встал лидер Социалистической партии, а большинство Кабинета Министров были из Либерально-демократической партии. Само собой разумеется в своем желании набрать политические очки, премьер-министр Мураяма не нашел никаких трудностей заявить, что данный курс был ранее невозможен якобы из-за того, что Социалистическая партия была в оппозиции. Весь этот грязный бизнес дает нам наглядный урок оппортунизма политиков и глупости парламентских подковерных игр.

Поэтому не удивительно, что цинизм и разочарование в настоящее время являются преобладающим политическим настроением среди большинства работающих мужчин и женщин.

С этими политическими махинациями были связаны и изменения в экономической судьбе Японии. Экономика в настоящее время проходит через самый длинный и самый глубокий экономический спад со времен войны. Крошки от капиталистического праздника находятся в явной нехватке, так что в 1993 году произошло первое снижение средних ставок заработной платы с 1950 года. Под давлением соперников — капиталистических государств (прежде всего США), Япония вынуждена открыть свои рынки сельскохозяйственной продукции, что в свою очередь ведет к политическому недовольству со стороны фермеров.

С учетом позиции Японии, как одной из самых мощных экономических сил в мире капитализма, ее значение как опоры нынешней международной системы трудно переоценить. Именно поэтому ни в коем случае нельзя назвать данные процессы незначительными, даже для тех из нас, кто живет на другой стороне мира. В последнее время появилось больше возможностей для распространения антигосударственных и антикапиталистических идей в Японии, чем в течение предыдущих лет. Если японские анархисты смогут принять этот вызов, то это коснется всех нас.

Поделись с друзьями!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите лису: