Язык

Ответ Малатеста Нестору Махно

 

25-ая статья из нашего сборника. Продолжение диалога Н.Махно и Э.Малатеста о Платформе. Будет весьма интересно для платформистов и их критиков.

Платформа

Ответ Малатеста Нестору Махно

Дорогие товарищи!
Наконец-то я просмотрел письмо, посланное мне больше года назад, о моей критике проекта по созданию Всеобщего Союза Анархистов, опубликованного группой русских анархистов за рубежом и известного в нашем движении под названием «Платформа».

Так как вы прекрасно представляете мою ситуацию, вы знаете, почему я не ответил.

Как бы я не хотел, я не могу принять участие в обсуждение вопроса, который интересует нас больше всего, потому что цензоры не допускают получения мной, как публикаций, считающихся антиправительственными, так и писем по вопросам политики и жизни общества. Только через промежутки времени, благодаря фортуне, я слышу умирающее эхо того, что говорят и делают мои товарищи. Таким образом, я узнал что «Платформа» и моя критика оказались широко обсуждаемыми, но я не знал практически ничего о том, что было сказано, и ваше письмо это первый письменный документ по данной теме, что был увиден мною.

Если мы сможем переписываться свободно, я бы попросил вас до вступления в дискуссию, прояснить ваши взгляды, которые, остаются для меня смутными в силу несовершенного перевода с русского на французский. Но, что есть, то есть, и я отвечу на то, что понял и, надеюсь, что позже получу ваш ответ.

Вы удивлены тем, что я не признаю принцип коллективной ответственности, который с вашей точки зрения является фундаментальным принципом, который направляет и должен направлять революционеров прошлого, настоящего и будущего.
Вы удивлены тем, что я не принимаю принцип коллективной ответственности, который вы считаете основопологающим, как в прошлом и настоящем, так и в будущем.

С моей стороны, я удивлен тем, что понятие коллективная ответственность значит из уст анархиста. Я знаю, что военные склонны уничтожать целые корпуса свободолюбивых солдат или солдат, которые упали лицом в грязь перед врагом, стреляя без разбора. Я знаю, что у военноначальников нет угрызений совести из-за того, что разрушаются деревни и города, массово убивается мирное население, включая детей, потому что кто-то попытался противостоять вторжению. Я знаю, что веками правительства различными способами угрожали и использовали коллективную ответственность в целях приостановления деятельности мятежников, взимания налогов и тому подобное. И я понимаю, что это может быть эффективным способом для запугивания и давления.

Но как люди могут сражатся за свободу и справедливость говорят о коллективной ответственности, когда они беспокоятся только о моральной ответственности, или за этим последуют и физические меры наказания?!!!

Если, к примеру, в конфликте с вооруженным врагом, человек, стоящий передо мной трус, он может причинить вред мне или кому-то еще, но это может быть названо позором только потому, что у него не хаватает смелости выдержать ту ответственность, которую он на себя взял. Если во время тайного заговора твой товарищ предает и посылает тебя в тюрьму, возникает вопрос: ответственен ли тот, которого предали за предательство?

«Платформа» говорит нам: «Весь Союз ответственен за революционную и политическую деятельность каждого отдельного участника, и каждый участник ответственен за революционную и политическую деятельность Союза».

Может ли это примириться с принципами автономии и свободной инициативы, которые анархисты исповедают? Я ответил так:

«Если Союз несет ответственность за действия каждого отдельного участника, то как он может обеспечить ему либо различным группам свободу принимать общую программу действий, которая, как им кажется, лучше всего подходит? Как может он нести ответственность за действия, если у него нет средств их предотвращения? Таким образом, Союз и Исполнительный Комитет в одном лице, должен будет контролировать каждого участника и приказывать им что делать, а что нет; осуждения после акции не могут исправить до этого принятую ответственность, и никто не сможет действовать заранее, поскольку так считает нужным, до официального разрешения Комитета. Тогда, может ли человек нести ответственность за коллективное действие, заведомо зная, что будет сделано, и если он не может этого предотвратить, что он осуждает?».

С уверенностью подтверждаю и поддерживаю точку зрения, что любой кто взаимодействует для общей выгоды, должен чувствовать нужду в координировании своих действий и действий своего сотоварища, и делать то, что не мешает действиям других и общему делу; и уважать принятые соглашения, исключая искреннее желание покинуть объединение, когда появляются некоторые разногласия во мнениях, изменяются обстоятельства или нарастает конфликт по поводу использования методов, делающий сотрудничество невозможным и нецелесообразным. Так же я придерживаюсь взляда, что те, кто не испытывали данное чувство ответственности должны быть изгнаны из объединения.

Возможно, говоря о коллективной ответственности, вы подразумеваете согласие и солидарность, которые должны существовать между участниками объеденения. И если это так, все, что было сказано вами ранее, по моему мнению, некорректное использование языка, но это по большей части было бы неважным вопросом о формулировке и согласовании, который вскоре можно было бы решить.

Наиболее важный вопрос, который вы поднимаете в своем письме, касается роли анархистов в общественном движении и пути, которому они следуют. Это является основным вопросом о смысле существования анархии, и каждый должен достаточно ясно выражаться в том, что он под этим подразумевает.

Вы спрашиваете, должны ли анархисты (в революционном движении и коммунистической организации общества) взять на себя последовательную и ответственную роль, или же должны ограничить самих себя от того, чтобы быть безответственными вспомогающими.

Этот вопрос оставит меня в недоумении, потому что он сам по себе некорректный. Возможно, направляя людей, которые обеспечены возможностями и средствами для удовлетворения собственнных потребностей, с помощью советов и примеров станет возможным принятие ими методов и решений, если такие имеются или должно быть имеются, а если имеются, то принимать уже лучше имеющихся или совершенствовать те, что есть. Но также возможно напрявлять их с помощью принятия власти, что подразумевает под собой правительственную систему и навязывание своих идей полицейскими методами.
В каком направлении вы хотите направлять?

Мы — анархисты, потому что мы верим, что правительство это зло, и невозможно обрести свободу, справедливость и товарищество без свободы, как таковой. Мы не можем стремиться к тому, чтобы стать прототипом государства, и мы должны сделать все возможное для предотвращения возникновения классов, партий и индивидумов, как единиц власти и становления их же, как правительственных единиц.

Ответственность лидеров — понятие, которым, как мне кажется, вы хотите гарантировать, что общество защищено от их же злоупотерблений и ошибок, которое для меня ничего не значит. Власти на самом деле не несут ответственность, а несут только в случае революции, и мы не можем устраивать революцию каждый день; революция имеет место быть, когда государство сделало все зло, на которое оно только было способно.

Вы поймете, что я далек от мысли, что анархисты должны довольствоваться только тем, чтобы быть вспомогательными в сравнении с другими революционерами, которые не являются анархистами, и стремятся стать частью правительства.

Наоборот, я верю в то, что мы, анархисты, убежденные в правильности нашей программы, должны стараться приобрести огромное влияние в целях вести за собой движение по направлению реализации наших идеалов. Но такое влияние должно быть завоевано большими и лучшими поступками, по сравнению с поступками остальных, и только так это принесет пользу.

Сегодня мы должны углублять, развивать и пропагандировать наши идеи и координировать наши силы в обоюдных действиях. Мы должны действовать без движения рабочих, чтобы предотвратить Коррупцию и ограниченность из-за погони за небольшими улучшениями, совместимой с капиталистической системой; и мы должны действовать таким образом, который способствует подготовке к полной трансформаии общества. Мы должны работать с неорганизованными и, возможно, с неспособными к организации массами, чтобы пробудить в них дух революции, желание и надежду на свободную и счастливую жизнь. Мы должны инициировать и поддерживать все движения, которые стараюстся ослабить силы государства и капитализма, и повышать уровень психических и физических условий труда всех рабочих. Мы должны вкратце подготовить их и поготовить самих себя, психически и физически, к революционным действиям, которые откроют дорогу в будущее.

И тогда, в ходе революции, мы будем принимать активное участие (по возможности опережая и более эффективно, чем другие) в существенной материальной борьбе, и направлять ее в сторону фактического разрушения репрессивных сил государства. Мы должны поддержать рабочих в том, чтобы они вступили во владение средств производства (земель, шахт, заводов и мастерских, средств передвижения) и запасами готовой продукции; внезапно организовать, с помощью собственных сил, справедливое распределение продовольственных товаров, и в то же самое время снабжать продуктами торговли общины и регионы для продолжения и усиления производства и сферы услуг, которые необходимы для общества. Мы должы всеми возможными путями и учитывая местные обстоятельства и возможности продвигать действенность рабочих объединений, кооперативов, волонтерских групп для того, чтобы предотвратить возникновение новых авторитарных властей, правительств, сопротивляясь при помощи насилия, если это понадобится, но прежде всего, делать их (власти, правительства – прим.) бесполезными. И, тем самым, мы не достигнем нужного консенсуса среди людей и не предотвратим восстановления государства с его авторитарными институтами и принудительными органами, мы должны отказаться от участия в его признании, восстав против него и требуя полной автономии для самих себя и для инакомыслящих меньшиств. Другими словами, мы должны оставаться в состоянии фактического и потенциального восстания, и, если мы не можем выиграть сейчас, должны быть готовы победить потом.

Это то, что и вы подразумеваете под ролью анархистов, которые должны участвовать в подготовке и осуществлении революции? Из того, что я знаю о вас и вашей работе, я склонен считать, что это так.

Но, когда я увидел в Союзе, который вы поддерживаете, исполнительный комитет, который даёт идеологическую и организационную поддержку ассоциации, которую я ставлю под сомнение, вы хотите видеть, в рамках общего движения, центральный орган, который бы, в авторитарной манере диктовал теоретическую и практическую программу революции.

Если это так, мы опускаем руки. Ваша организация, или ваши управленческие органы, могут состоять из анархистов, но они не станут ничем другим, кроме правительства. Веря в совершенную добросовестность, которая необходима для триумфа в революции, они должны, как большинство, быть уверены, что они размещены достаточно хорошо и достаточно сильны для навязывания своей воли. Они должны будут создавать вооруженные формирования для физической схватки и бюрократию для выполнения их команд, и в процессе, они должны будут парализировать популяризированное движение и, тем самым, убьют революцию.

Это то, что убило большевиков, как я считаю.Это все. Я верю, что самая важная вещь это не победа наших планов, проектов, утопий, которые в любом случае нуждаются в подтверждении опытом и могут быть изменены только опытом, развитом и адаптированом к реальным физическим и психологическим условиям данного времени и места. Что более важно, люди, мужчины и женщины, избавятся от стадного инстинкта и привычек, которые за тысячелетия рабства были им внушены, и научаться действовать свободно. Это и есть большой труд по установлению психологической свободы, которому анархисты должны посвятить себя.

Спасибо вам за внимание, оказанное моему письму и в надежде услышать от вас что-нибудь в дальнейшем, шлю свои искренние пожелания.

Не найдено похожих записей.

Поделись с друзьями!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите лису: